По окончании конного номера в центре арены установили стол, на него положили топчан, на который, подняв кверху ноги, лег хрупкий на вид мужчина. Его ассистент ставил ему на ноги различные предметы: огромную игральную карту, пестрый кубик, бочонок. Артист жонглировал ногами. Вместе с юными зрителями мы смотрели на него как зачарованные. Для нас ведь это все тоже было новостью.
Следующим номером была гонка колесниц, в которых сидели рабочие, одетые, как древние римляне. Огромные колеса вертелись с невероятной быстротой, и это было великолепное зрелище! В последнем номере показывалось то, что каждому из посетителей цирка рано или поздно приходится увидеть. Мы вместе с детьми изнемогали от смеха, глядя, как кто-то из зрителей и артисты, посаженные заранее среди публики, безуспешно пытались взгромоздиться на необъезженного мула. С этими смельчаками происходили самые невероятные вещи. Добровольцы слетали с мула, как только им удавалось на него взобраться, и перелетали через барьер. Мул сбрасывал их на землю, больно бил копытами, а когда они принимали нелепейшие позы, упрямое животное весело скалило зубы—прямо как кинозвезда, но, наверное, более осмысленно. Под самый конец, чтобы лишний раз доказать, что он — хозяин положения, мул крепко схватил зубами брюки самого горячего из своих незадачливых седоков и ловко их стянул.
|
Жонглер