Ручные кандалы взаймы?! — переспросил полицейский сержант, насмешливо взглянув на меня.— Страннаяпросьба, скажу я вам. Но, верно, теперь это не такая уж диковинка?!
Учтиво рассмеявшись в ответ на тяжеловесную шутку и обменявшись с сержантом парой дружелюбных фраз, я удалился с трофеем, который обещал беречь.
Из всей этой пьесы я помню ясно одну только сцену в сарае. Герой, Уильям Кордер, терзается мыслями о том, что между ним и его любимой стоит женщина, которую он не любит. Совершенно обезумевшему от этих мыслей, ему кажется, будто та, вторая женщина,, превратилась в гигантскую тень, закрывшую собой его будущее. II вот Кордер решается на убийство.
В крохотном шахтерском клубе, где так непросто было сыграть какой бы то ни было спектакль, бедняга-актер стремился к вершинам исполнительского искусства, каждым жестом и словом выражая такую ярость и такой ужас, которые неминуемо вели к гибелпнетолькожертвыгероя,но и его самого. В заключительной сцене Уильям Кордер выглядывает из окна тюрьмы,и передним в полумраке предстает стоящая на возвышении фигура, облаченная в длинные черные одежды — его палач. Эта моя вторая роль была немой и очень мрачной.
Наступил день очередной получки. Во время этой торже-ствепнейшей церемонии соблюдался строгий порядок. Деньги выдавались всем по очередн, начиная с ведущих членов труппы. Получившие деньги друг за другом покидали комнату антрепренера — на этот раз все какие-то встревоженные, молчаливые, словно перед ними поставили трудно разрешимую задачу. Не слышно было и разговоров, какие обычно бывают в конце рабочей недели.
|
Сцена в сарае