Отвага шахтеров, кораблестроителей, рыбаков в открытом море, строителей мостов, сталелитейщиков всегда вызывала и будет вызывать во мне глубокое восхищение. Ответ антрепренера пришел очень скоро. Выражения там были весьма недвусмысленные. Он обходился без намеков и не искал обиняков: вор и мерзавец... взял то, что отнюдь ему не принадлежит... сообщаю в полицию... придется пожалеть о содеянном... Тут же мне предлагалось доставить задник в Ньюкасл на вокзал и оставить его в камере хранения до востребования. Прочитав письмо внимательно, я понял, что оно отражало только бессильную ярость моего корреспондента и ничем серьезным не угрожало. Заявление в полицию было бы для антрепренера палкой одвух концах. Тогда вскрылось бы шаткое финансовое положение театра. Право же, дирекции было куда важнее не выносить сор из избы, чем сохранить мои тридцать шиллингов. Посему, пренебрегая оскорблениями, я написал ответ, повторив, что, как только получу причитающиеся мне деньги, с превеликим удовольствием возвращу предмет спора.
|